По мнению Мишеля, этот документ закрепляет обязательство, которое выходит за рамки принявшего его поколения. «Наше поколение не виновно в несправедливости, совершенной по отношению к [колонизированным народам], – сказал он. – но в силу исторической преемственности мы обязаны нести отвественность».

Политическая значимсть этого обязательства проявилась в ходе сессии ЭМПР. Рэйчел Баррос, министр по вопросам расового равенства Бразилии, указала на важное решение Генеральной Ассамблеи ООН от 25 марта 2026 года, касающееся принятия Декларации о торговле порабощенными африканцами и расовом рабстве африканцев как о величайшем преступлении против человечества.

Новая Декларация основана на признании в ДДПД того, что работорговля «должна была всегда» считаться преступлением против человечности.

По мнению Баррос, это не просто символический жест. Это закрепление этической и правовой основы давно назревшей дискуссии о репарациях и открытие прямого пути к праву на развитие для сообществ африканского происхождения.

«Полное осуществление права на развитие требует устранения структурного неравенства, связанного с расизмом и расовой дискриминацией, – сказала Баррос. – Без этого справедливый доступ к возможностям, ресурсам и благам остается неполным, а само понимание того, что считается развитием, оказывается под угрозой».

Кроме того, Бразилия предложила обсудить концепцию экологического расизма, непропорционального воздействия климатических рисков и экологического разрушения на население африканского происхождения, а также коренные и традиционные общины. 

Для Баррос восстановительное правосудие и право на развитие – это две стороны одной медали. «Обеспечение процесса репараций означает подтверждение права на развитие [для людей африканского происхождения]. Это продвижение конкретных политических мер, направленных на устранение последствий колониализма и рабства, а также расширение доступа к возможностям, ресурсам и правам. Прежде всего это исправление исторической несправедливости. В результате никто не будет лишен права на развитие, основанном на справедливости, равенстве и достоинстве для всех.

Признание без реализации

В ходе сессии профессор Университета Рутгерса Радхика Балакришнан заявила, что эти декларации дополняют друг друга, поскольку одна из них касается неравенства между странами, а другая – неравенства внутри них, и что их совместный юбилей позволяет объединить их.

Ибхаво отметил, что спустя двадцать пять лет после принятия ДДПА и сорок лет после принятия Декларации о праве на развитие сохраняется сущесвтенный разрыв между признанием этих документов и реализацией их положений на практике.

Несмотря на то что ДДПД, по его мнению, ознаменовала значимый сдвиг в формулироваках и закрепила признание исторических корней, наследия и продолжающегося воздействие расизма и расовой дискриминации, ее реализация остается серьезным вызовом.

В докладе Ибхаво говорится о том, как пандемия COVID-19 и убийство Джорджа Флойда выявили структурный расизм в странах по всему миру, где маргинализированные и расовые меньшинства начали впервые открыто требовать справедливости.

«Расовые группы должны быть частью этого процесса мониторинга и подотчетности. Организации гражданского общества, представляющие расовые общины, должны быть частью этого процесса. Я считаю, что так мы сможем обеспечить структурное участие», – сказал Ибхаво.

Он добавил, что участие – это не просто следование, это также и лидерство. «Состав руководства многосторонних и двусторонних организаций не отражает расовое или национальное разнообразие», – сказал он.

Достижение структурных преобразований

Устранение этого разрыва требует не только политической приверженности – необходимо разрушить конкретные структуры, с помощью которых воспроизводится неравенство. Участники говорили о тех сферах, где эта работа остается незавершенной: от технологий до торговли.

«Сегодня как никогда актуальна реализация Дурбанской декларации и Программы действий», – заявила Мелисса Перро, представительница коренного народа метисов и профессор Университета Гуэлфа.

Перро предупредила об угрозе того, что некоторые ученые называют технологическим колониализмом. Это продолжение колониального господства на основе извлечения данных, разработки алгоритмов и навязывания подхода к знаниям, зачастую без согласия или участия коренных народов.

«Нам нужно извлекать уроки из прошлого […], чтобы лучше определять [будущее] развитие искусственного интеллекта, а также гарантиировать, что он способствовует справедливости и равенству для затронутых групп населения», – добавила она.

Чафи Бакари, основатель African Commodities LLC, веернулся к вопросу материальной ответственности.

«Когда вы строите больницу, нужно обеспечить ее всем необходимым для работы и функционирования. Для этого мы должны по-прежнему ставить интересы людей в центр процессов развития, как этого требует право на развитие. Когда мы ставим людей в центр, нам нужно смотреть на реальные результаты», – сказал Бакари.

Мишель разделяет эту точку зрения: его личное убеждение, сформированное на основе участия в конференции в Дурбане, состоит в том, что содействие в области развития должно эволюционировать из благотворительности во что-то совершенно иное, «подлинное равное партнерство доноров и получателей».

Обе декларации созданы на основе борьбы самых маргинализированных, которых они призваны защитить. По мнению Ибхаво, их ценности остаются неизменными, несмотря на то, что политическая ситуация может меняться. Он отметил, что по всему миру люди отказываются от идеи о том, что исключение одних ведет к процветанию других.

«Это подлинные ценности, – сказал он. – Эти документы сохраняют свою значимость. Они переживут эти времена, но нам нужно сохранять твердость. В заключение он напомнил цитату Дага Хаммаршельда, которая размещена на стене штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке: «Организация Объединенных Наций была создана не для того, чтобы привести человечество в рай, но чтобы спасти его от ада».